Там за горизонтом, или пейзаж взаймы

Композиции Петергофа и Версаля подчинены принципу дальней перспективы. Главная композиционная ось Петергофа, уходящая за горизонт (Фото: SHUTTERSTOCK)С пространством в архитектуре можно делать все, что угодно: визуально скрыть его, умалить или расширить бесконечно, разорвав пейзажем дальних перспектив, включая в композицию сада картины природной и антропогенной среды, расположенные там, «за горизонтом». Эти пейзажи, многократно обрамленные кулисами, выстроенными из групп деревьев и кустарников, дополненными парковыми сооружениями, как прекрасные картины в богатых рамах способны стать главной композиционной доминантой ландшафта сада, определяя индивидуальность его облика.
Пейзаж, расположенный далеко за пределами сада, в разные исторические эпохи играл различную философскую роль, но чаще всего участвовал в его композиции. Сады каждой исторической эпохи создавали свой микромир, отражали Вселенную в понимании людей того времени.
Главная ось Версаля также устремлена от дворца за горизонтАрхитектура античного мира, природа для которого живая богато населена мифическими персонажами, рассматривал пространство сада, как фрагмент этой обожествленной природной среды. Античные Сады и священные рощи, благодаря активному рельефу, включали в свои «интерьеры» картины расположенных вдали горных и морских пейзажей. Исключение составляли внутренние дворы античных домов, разделенных на две половины: «андрон» и «гинекей» (мужскую и женскую), объединенные уютным закрытым двором-атриумом-садом с водоемами, фонтанами, деревьями, кустарниками, цветами, лианами. 

В средневековом саду дальний пейзаж не мог играть какой-то принципиальной композиционной роли в построении сада, так как затененные и скрытые за высокими монастырскими стенами плодовые и аптечные сады, миниатюрные розарии и декоративные сады-цветники в замках символизировали «Райский сад», которому надлежало быть замкнутым, так как «врата» открывались в мир «для изгнания».
Распахнутые « окна» на дальние картины за пределами сада визуально расширяют и обогащают его пространство (Фото: Александр Дроздов; реализация объекта: Елена Гнездилова)Сады Ренессанса, четкие в плане, простые по композиции, статичные, построенные на принципе эстетического подчинения природы архитектуре. Здесь доминируют многочисленные строения: террасы, подпорные стены, лестницы, павильоны, гроты, бельведеры. Для них характерна отгороженность от окружающей местности. Но благодаря рельефу с террас открывались виды на горы, море, которые становились неотъемлемыми, хотя и не главными элементами композиции сада.
Дальние картины в садах Барокко специально не компоновались в парковую среду как главные ее акценты, но чаще закрывались балюстрадами, стенами, оградами, как символами преодоления природы, подчинения ее архитектурным формам. Вид на дальние перспективы открывался, как данность, только благодаря рельефу, с террас, обрамленных роскошными постройками, богато декорированных фонтанами и густыми боскетами. Их облик изобиловал богатством театральных эффектов, свидетельствовал о вечной изощренной игре с пространством, пышности, жизнерадостности.
Дорожка для садаПожалуй, исключение составляет Версаль — великое детище Андре Ленотра. Да и тут все не так однозначно. Ряд исследователей относят этот парк не к эпохе Барокко, а к Классицизму Франции второй половины XVII века, который не пришел на смену Барокко, а развивался параллельно.
Вся композиция этого грандиозного произведения садово-паркового искусства подчинена дальней перспективе, уходящей за горизонт по водной глади стрелы — главной композиционной оси. Принцип дальней перспективы как основы устройства парка представлен здесь в наивысшем проявлении и создает впечатление безграничности пространства.
Главная композиционная ось Версаля не была завершена каким-либо сооружением или скульптурой — она была гениально выведена «за горизонт», как символ абсолютизма. Такого философского единения пространственно-композиционного построения парка и идеологической цели дотоле ландшафтная архитектура не знала.
Позже мы встретим это единение в композиционной структуре великого Петергофа, главная ось которого — бегущей водной стрелой — также выведена к горизонту, к морю, как символу могучей исторической эпохи, переживаемой Россией в начале XVIII века.
Эпоха романтизма в архитектуре, в отличие от садов других исторических эпох, воспринимается в динамике. Именно динамике подчинены все композиционно-пространственные элементы, формирующие ландшафт. 

Это сад не размышления, а настроения, где все работает на динамику: извилисто живо прорисованы в плане открытые пространства полян и водоемов, меняющиеся от освещения, шумящие-бегущие ручьи и водотоки, которые переплетаются с извилистыми дорожками и теряются вдали.
Дорожка из камняВ этом меланхолическом саду важен эффект новизны, неожиданности, внезапности. Это проявлялось во всем убранстве сада: в размещении построек, романтических руин, скульптур, окутанных тенью листвы, и, конечно же, главных композиционных акцентов: картин далеких перспектив, «окон в дальние миры», внезапно раскрывавшихся перед изумленным взором посетителей. Все пространство сада предполагало движение. Посетители теперь уже прогуливались по саду, участвуя в ландшафтном сценарии, предложенном архитектором, а не играли, созерцали и размышляли, находясь в «зеленых кабинетах» боскетов, просторных «залов» партеров, как это было в садах прошлых эпох.
Для садов романтизма характерно открытие разных видов на один и тот же объект, что часто являет собой эмоциональный рассказ, как доминирующий и воспетый многократно в царственных пейзажах Алупки вид на гору Ай-Петри. Этому пейзажу подчинена вся композиция пространства удивительного парка с его широкими полянами, скалами и дворцом, как бы вырастающим из природной среды.
Романтические сады имели принципиально иную основу построения композиции. Это пространства-символы, пространства-картины сценических сюжетов античной мифологии или библейских сказаний. Романтические сады открыты, в них мало стен, изгородей; главное внимание направлено к открывающимся далям, обрамленным искусно разыгранными «шарадами», раскрывающими античные или библейские сюжеты, роли в которых переданы деревьям, кустам, камням, водотокам. Эти «герои» пейзажных картин ближнего плана в пространственной композиции ландшафта играли свою точно обозначенную сценографией роль. Как, например, отображали античные сюжеты «Суд Париса», «Хоровод Граций» в Алупкинском парке или подземная река Стикс в Софиевке и библейский Хаос как обязательный элемент композиции в садах эпохи.
Для раскрытия дальних перспектив столь популярные в эпоху Барокко лабиринты в романтических парках сменялись Парнасами — естественными или специально устроенными холмами, увитыми спирально поднимающейся дорожкой на вершину. Виды с Парнаса сменялись один за другим многократно, составляя главную динамичную картину парковой композиции.
Вариант "живой дорожки"Для сохранения видов на романтические дали сооружались потайные изгороди — по дну рва; изгородью также мог служить просто ров, наполненный водой. Их генезис восходит к средневековым французским фортификационным сооружениям. Эта визуально несуществующая и незаметная издали изгородь, такая популярная в романтических садах Европы, по-французски называлась «fosse», а ее английское название «ha-ha» преобразовалось в русское «ах-ах», что отражало впечатление, которое она оказывала на посетителей своим внезапным появлением.
Пожалуй, впервые за многовековую историю садово-паркового искусства Европы дальние картины стали играть решающую роль именно в ландшафтах романтизма как символы свободы, движения, мечты, перемен, воспетых эпохой.
Сады Востока, являвшие «Вселенную в миниатюре», главными композиционными акцентами своего пространства делали видовые картины дальних перспектив как основу философии, заложенной в этих пространствах. Декоративные проемы, часто круглые, многоплановые, богатые кулисы из холмов, скал, деревьев и кустарников, обрамляли эти пространства, противопоставляя замкнутость сада и бесконечность мира.
Дальний пейзаж в садах и парках нового времени уже не играет той грандиозной идеологической и философской роли, как это было в прошлом.
Он стал отвечать, главным образом, простой композиционной задаче: визуально увеличить и обогатить пространство сада. Поэтому требования сохранения видов на дальние пейзажи или даже построения всей композиции ландшафтного объекта, обусловленной дальними перспективами, стало одним из основных принципов проектирования ландшафтов ХХ-го и начала нынешнего века.
Дорожка, бегущая вдаль, всегда содержит тайну: что там за горизонтом? (Фото: Елена Гнездилова)Многократно обрамленные «кулисами», дополненные пространственно богато решенным передним планом, они свидетельствуют о высоком мастерстве их создателей. При этом ни планировочные элементы, ни компоненты ландшафта уже не являются какими-то философскими символами, как это было раньше. Они просто решают композиционные задачи пространственного оформления конкретных функциональных зон ландшафта, служат улучшению микроклиматических условий на его территории и решают другие эстетические и утилитарные задачи.
Но при всем этом богатстве профессиональных возможностей часто удивляешься отсутствию какой-либо реакции на красивые дальние видовые картины в композиции многих дорогих частных усадеб, которые создаются в наше время. Игнорирование градостроительного и природного окружения, отсутствие какой-либо пространственной композиции и элементарной логики организации пространства усадьбы — вот основные принципы их построения.
Пространство сада — огромная эстетическая ценность. Это сцена, на которой разворачивается богатая событиями жизнь. Иногда простая, как дешевый водевиль, а иногда — как произведение. Пусть же пространство, в котором разворачивается эта жизнь, будет под стать ей — просторным, гармоничным, богатым, изысканным, с далекой, но крепко очерченной целью — перспективой там, «за горизонтом!»

Автор: Елена Гнездилова, архитектор, доцент кафедры градостроительства архитектурного факультета КНУСА
Источник: Ландшафт. дизайн


Ландшафтные услуги:

топ
Дерен коуза Cornus kousa С5 LD Group
топ
зеленая стена: установка, монтаж Ландшафтная Мастерская
 

Вы не зарегистрированные на сайте. Авторизуйтесь или зарегистрируйтесь пожалуйста.

Похожие статьи

  • «ЗЕЛЕНАЯ КРОВЛЯ» — перспектива архитектуры большого города

    История зеленых кровель давняя. Упоминались они еще 1000 лет назад, во времена Скандинавии и Средней Азии.

  • Стены дома. Кирпич, облегченный бетон, стекло, керамические пустотелые блоки

    Помимо дерево в качестве материалов для стен дома еще используют кирпич, облегченный бетон, стекло,
    керамические пустотелые блоки.

  • Стены дома. Дерево

    Материалов и технологий для возведения стен дома сегодня предлагается множество. Значимая доля частных застройщиков предпочитает кирпич. Однако наряду с ним не меньший интерес могут представить керамические пустотелые блоки, облегченный бетон (пенобетон, керамзитобетон и т. п.), дерево (брус, бревно) и даже стекло. Каждый из материалов имеет плюсы и минусы, особенности применения и эксплуатации.

 

Лидеры продаж

Проект 25649
Общая площадь:161.40м2
Размеры:10.40 x 12.40
Проект 90008
Общая площадь:299.60м2
Размеры:15.20 x 19.20
Проект 25459
Общая площадь:173.30м2
Размеры:12.80 x 12.00